RSS лента

Хелли в жизни.

Не трожь меня, старушка, я в печали.

Оценить эту запись
Душа болит. Боюсь каждого неосторожного слова. А все почему? Это поймут только бойцы. За навыки надо платить бесчувственностью, иначе любая операция тебя опустошит, выжжет. У меня были случаи, когда оставалось только убить. Но я не убивала. И приходилось получать крепких люлей от тех, кто не понимал - да, я сяду, но ты будешь лежать и не дышать. Они поняли, чего избежали? Например, тот горе-ухажер, из-за которого я чуть не стала бомжом в Киеве? Спас меня героизм семьи, которая меня отловила - казалось, не было шанса. Их первым делом отправили на опознание. Я не могла никому позвонить - записная книжка была в украденном телефоне, меня мучила жажда и переутомление. А тот парень потом звонил моей маме из СИЗО. Я могла остановить кулаки отчима, только если бы его не стало. Он - проженный солдафон с лучевой болезнью после ЧАЭС. Да, он - герой. Он - первый командир, кто прилетел на место аварии и осмотрел реактор. Медики сказали, что он мог прожить при той дозе считанные секунды. Но он выжил. Потом у него появились дочь и сын. А мне что оставалось? Копить гематомы? Меня не устраивает. Да, когда он поехал в воинскую часть, ему не выдали новые ботинки, денег у него самого не было таких, и он поехал в тех же. Его не пустили на КПП - его! ботинки! были заражены смертельной дозой радиации. Я это все узнала только после больницы, когда разбила ему голову. Почему он молчал? Непризнанный герой? Да, у него - награды, но по его оценке крошечную пенсию сжирает дом и лекарства. Не только о нем речь. Не только от него была у меня угроза. Например, еще от извращенца, который чуть не сделал меня беременной. И я подозреваю, что беременность была, но прервалась естественным образом - по симптомам. Но нет, они все живы. А у меня, как после войны, в голове - зал. Бросок-добив, бросок-добив... Ногой по голове или в солнечное сплетение. Годы, годы... И я не хочу этого делать в реальности.

Комментарии

    Рейтинг@Mail.ru